Была ли у нас история?

Скандал вокруг сочинений академика РАН Анатолия Фоменко

Беседу ведет Петр Васильев

На историческом факультете МГУ имени М.В. Ломоносова состоялась научная конференция, в которой приняли участие десятки профессоров, преподователи, аспиранты, студенты. Полтора десятка докладчиков-историков высшей квалиификации с гневом обличали скандальность, невежество, шарлатанство одного из их коллег - сочинителя работ, посвященных мировой и отечественно истории. Но не историка, а математика, профессора и заведующего кафедрой МГУ, академика-секретаря одного из отделений РАН Анатолия Фоменко. А недавно межфакультетский центр общественных наук МГУ провел семинар на тему «История как объект и субъект мифотворчества». Несмотря на довольно абстрактную тему дискуссии, разговор вновь свелся к скандальности сочинений математика Фоменко.

Мы обратились к профессору МГУ, академику Российской академии образования Игорю Бестужеву-Ладе - участнику обоих собраний, - с просьбой разъяснить, почему разгораются такие страсти вокруг, как считает абсолютное большинство историков, чисто любительских сочинений «агрессивного дилетанта».

— Игорь Васильевич, разве каждый гражданин страны, тем паче профессор, не имеет права писать и печатать все, что не запрещено законом?

— Фоменко — не просто графоман, а профессор университета, заведующий кафедрой, одно из высших должностных лиц Академии наук. Иными словами, представляет главнейший университет страны, Академию наук и даже в какой-то мере всю российскую науку и высшую школу в целом. Его высокое положение автоматически вызывает доверие издателей и читателей. При этом под покровом его профессорского и академического авторитета в сферу истории вторглась целая орда самых настоящих шарлатанов — людей, далеких от науки, воинствующе невежественных. Они «пекут» столь же скандальные книжки, по несколько штук в год, огребая баснословные барыши за сущий бред. Понятно, это вызывает протест ученых и педагогов. Вот почему и звучат слова, что Фоменко позорит российскую науку перед лицом всего мира.

— А в других странах, что же, ничего подобного нет?

— Возможно, и бывает, хотя мне ни о чем подобном неизвестно. Но в любой цивилизованной стране ни один университет не рискнет поддержать графомана. Ни одно серьезное издательство, ни один научный журнал в страхе потерять репутацию не рискнет печатать явный бред. У нас же, как известно, репутация — звук пустой, ато еще лучше— просто отождествляется с чином-должностью. Меж тем тираж скандальных сочинений измеряется сотнями тысяч экземпляров. Барыши идут. Поэтому весь мир с презрительным изумлением следит за очередным московским околонаучным скандалом.

- Не могли бы вы хотя бы вкратце сказать, в чем суть «исторической концепции» математика Фоменко?

— Никакой концепции нет, да и быть не может. Ведь Фоменко не историк, а типичный любитель-графоман. Это все равно, как если бы какой-то историк выступил с математической концепцией, утверждающей, что 2х2=бублику. Если быть кратким, то Фоменко голословно утверждает, что вся история древнего мира и средневековья, а заодно и вся история допетровской Руси выдумана. С его точки зрения, история Евразии вплоть до XVII века — это бесконечная война диких или полудиких племен меж собой. А уж потом наемные историки монархов по их заказу якобы все сочинили, подделали летописи и прочие документы. В частности,«сочинили» историю Древних Китая и Индии, античного мира и так далее, вплоть до татаро-монгольского нашествия, которое, по Фоменко, было просто грызней нескольких диких орд. И только под пером московских дьяков по приказу воцарившихся Романовых «появились» Киевская Русь, татаро-монгольское иго, Куликовская битва и прочее, и прочее.

— Но ведь для такой «сенсации» необходимо хоть какое-то основание!

— Для сенсаций не требуется никаких оснований. Достаточно, скажем, выдумать, будто московские дьяки по заказу Романовых просто перенесли историю Руси XIV—XVI веков на более ранний период и повторили ее с другими именами князей, которым приписали разные деяния. И все — «сенсация» готова.

— Но должна же быть хоть какая-то «отправная точка» для таких откровений?

— Я бы сказал не точка, а «пунктик», который еще точнее называют навязчивой идеей. В данном случае это одинаково или похоже звучащие слова. Например, Батый и Батька. Чей батька? Ясно: казацкий! Значит, не было никаких татаро-монголов, а были сплошь казаки разных племен от Парижа до Тайваня, которые постоянно дрались между собой. Или: что такое «Русь»? Это же немецкое «Росс», то есть конь. А кто на конях? Все те же казаки! Еще: откуда взялась Кострома? Да это же искаженный казаками Хорезм! И Самара — просто подсокращенный ими Самарканд. Такой бред — на сотнях страниц.

Правда, иногда в дело идет не игра слов, а ошибка в тексте. Так, какой-то писец вывел в слове «Кучково поле» (было такое в Москве) такую завитушку, что другой переписал ее как «Куличково». Ба, да это же московские Кулишки, которые, как мы знаем, «у черта на куличках». Значит, Куликовская битва состоялась аккурат на площади Ногина. Поистине: и смех, и грех.

По Фоменко, не было ни Александра Невского, ни Дмитрия Донского, ни Ивана Калиты, ни Ивана Грозного, а были сплошные Тахтомыши (кто не помнит, это хан, который сжег Москву после Куликовской битвы) с разными именами и разными злодействами.

— Может, Фоменко искренне заблуждается?

— Ему это пытаются объяснить. В результате дискуссий в МГУ принято решение: надо, чтобы экспертизу текстов Фоменко провели психолог, психиатр, а также юрист. Ведь затронуты профессиональные честь и достоинство тысячи историков и преподавателей, которые в одночасье оказались как бы в роли глупцов и лжецов. Читатель вправе знать, кто и чем его потчует.

— А если это просто своекорыстное шарлатанство?

— Нет, Фоменко не шарлатан. У него есть хоть какой-то «пунктик», какие-то убеждения, пусть бредовые. А вот у целой своры его последователей, орудующих за спиной академика, нет ничего, кроме воинствующего невежества, невероятной наглости и самого низкого корыстолюбия. Как бы вы отнеслись к такому, например, абзацу — одному из массы подобных в опусах «фоменкианцев»: «Скажите, какого святого ради Наполеон, завоевывая в 1812 году Россию, сжег Москву? И пока она горела, почему бы ему было «не насыпаться» на Петербург? Максимум неделя конного пути. Дорога свободна, ведь Кутузов, по уму своему, перекрыл всеми войсками дорогу на юг. Нет, подождал маленько и уехал в Париж. Не нужна была ему Россия, судя по всему. А ведь гений!» И в заключение — великолепный по хамству аккорд: «Будем ли мы когда-нибудь реально анализировать историю?»

После такого пассажа не то что у обычного читателя, а и у военного историка (а это — моя первая профессия) голова идет кругом. Да полно, была ли первая мировая, а может, и Отечественная? Не сочинили ли обе войны всякие борзописцы, подобно тому, как прежнюю историю сочинили, если верить фоменковцам, московские дьяки? И не сразу вспоминаешь, что не мог Наполеон сжигать Москву — это было бы самоубийством. Что пожар Москвы детально разобран в сотнях исторических трудов, о которых невежда-автор не имеет никакого понятия. Что бессмысленно было двигать в Питер конницу, даже если бы «дорога была свободна», — это ведь не времена Батыя... Про Кутузова — все ложь, от начала до конца. Кроме того, дорогу на Питер перекрывал корпус Витгенштейна, с которым пришлось бы начинать второе «Бородино». И не «маленько» ждал Наполеон, а целый месяц. И уехал, когда практически потерял армию и получил донесение из Парижа о заговоре против него. Какое чудовищное нагромождение лжи и невежества ради десятка-другого тысяч наличными! И так год за годом, книжка за книжкой...

— Вы видите здесь только корыстолюбие?

— Все одновременно и проще, и сложнее. Когда заболевает человек — приходят в расстройство все его органы. Голова раскалывается и кружится, тело ломит, глаза слезятся , из носа течет, в ушах — звон, руки трясутся, ноги не держат. Когда заболевает общество (а назвать наше общество здоровым способен сегодня только душевнобольной), все то же самое происходит с формами общественного сознания. Вместо мировоззрения — дикая помесь остатков коммунизма с ростками фашизма и суеверия. Вместо искусства — торжество порнографии. Вместо морали — тотальная деморализация. Вместо права — беспредел. И, естественно, вместо науки — академик Фоменко. Не будь его — явился бы кто-то другой. Помните? «Сон разума рождает чудовищ...»

Кстати, академик Фоменко у нас не первый и не последний в этой роли. Был его прямой предшественник — академик Морозов, просидевший за покушение на цареубийство 23 года в одиночке и выдумавший там, будто расположение звезд подсказывает ему: Христос явился нам тысячелетием позже, чем думает весь мир, и написавший об этом многотомник. Был академик Марр, сочинивший «новое учение о языке». Был, наконец, академик Лысенко со своим «сверхскоростным выведением новых сортов растений», который нанес сельскому хозяйству страны больше ущерба, чем все стаи саранчи XX века, и который упек в тюрьму больше своих коллег, чем любой другой стукач тех лет.

— Ну сегодня у Фоменко вряд ли получится лысенковщина.

— Как сказать. Конечно, он послабее Лысенко, но тоже старается. Во всяком случае, первой его реакцией на возмущение коллег был донос на них их академическому начальству. Неудивительно поэтому, что из математиков против Фоменко решился выступить только академик Новиков — его предшественник на посту академика-секретаря, которому бояться некого и который обошелся со своим преемником, как Тарас Бульба со своим непутевым сыном Андрием: он его породил, и он же его печатно «убил» за опозоренную математику и историю. Остальные побаиваются: хоть и не «генсек», но все-таки «сек».

— Но есть же президиум РАН, есть ректорат МГУ. Они-то, как говорится, куда смотрят?

— Никакой президиум не может слова сказать никакому академику, что бы тот ни вытворял. И никакой ректорат никакому зав. кафедрой — не указ. Так уж устроена академическая и университетская жизнь. В предположении, что академик и профессор просто по званию своему не могут «набедокурить». Самое смешное, что в академии существует специальная комиссия «по борьбе с лженаукой». Но и она молчит. А когда членов комиссии упрекают, что они не замечают фоменковской лженауки, те оправдываются: как же, в «Вестнике РАН» опубликованы две критические статьи в его адрес.

... Между тем все это не так безобидно, как может показаться на первый взгляд. Фоменко и его последователи, по существу, деморализуют народы России, лишают нас нашей истории (и без того изрядно деформированной разными политическими сломами). Всех русских историков объявляют фальсификаторами, всех преподавателей истории — безнравственными дураками...

И, считаю, тем опаснее, что вся эта ложь освящается авторитетом российского академика.

«Труд-7», 18 мая 2000

Hosted by uCoz